Сомнение в научной достоверности

Понедельник, 31 Мар 2014

Объяснить это легко при помощи категорий Пьера Бурдье, чья социология, несмотря на кардинальное отличие тематики, языка, и полемической направленности, на глубинном уровне эпистемологических битв вполне созвучна идеям Валлерстайна. Либеральный и универсалистический габитуе позитивизма, тем более подкрепленный признанием со стороны поля власти и контролем над центральными ин-ституциаями интеллектуального поля (университетскими должностями, грантами, главными профессиональными журналами или Нобелевскими премиями по экономике) предполагает игнорирование неудобных вопросов вместо явной репрессии.

Другим способом контроля выступает сомнение в научной достоверности, которая в данном случае понимается крайне узко (сторонники данного подхода сказали бы: строго), как экспериментально-статистическое тестирование по образцу физики (конкретно, термодинамики) и производной от нее неоклассической экономики. Ответ на это обвинение известен давно и наиболее развит в биологии: когда нет возможности поставить эксперимент над живой природой (чему может быть масса обстоятельств: длительность геологической эволюции, практическая невозможность изолировать тестируемую переменную в лабораторно-чистой среде, наконец, этические нормы), то остается путь ретроспективного анализа и сравнительного изучения явления. Иначе говоря, логику системных изменений (возникновения и вымирания видов животных или человеческих обществ) можно понять путем изучения ее исторической динамики и эволюционной траектории. Такого рода ответы на сложности анализа природно возникших систем прекрасно аргументированы в неодарвинизме и экологической антропологии.

Несмотря на, казалось бы, политическую близость, ничуть не меньше недопониманий возникает между Валлер-стайном и левоинтеллигентскими движениями в академической среде: феминистками, исследователями расовых проблем, критическими теоретиками и постмодернистскими критиками. Ну, совсем разные стили аргументации.